Мы с мужем поженились рано. Почти сразу родилась дочка Ксюша. Мне казалось, что у нас — идеальная семья, наши чувства со временем не угасали, в дочери мы души не чаяли. Супруг работал в институте, я трудилась в поликлинике медсестрой. Ксюша радовала нас успехами в школе и уверенно шла на золотую медаль. Но потом появился ОН, и перевернул нашу жизнь с ног на голову…
Без роду и племени
Возле нашего подъезда по вечерам собирались ребята. Вроде не хулиганили и не буянили. Но многие жильцы их остерегались: парни одевались в кожаные черные куртки, слушали рок, дымили. Среди них был один — длинная челка, пристальный взгляд. Он играл на гитаре. Его звали Паша, ему было девятнадцать, и соседи поговаривали, что мать его занималась спекуляцией. А про отца никто ничего не слышал. Я бы не обратила на него внимание, если бы он не позарился на нашу Ксюшу!
Через 3 дня дочь сама пришла ко мне. Присела на краешек кресла.
— Павла многие считали чуть ли не бандитом, а он был добрый, нежный, очень спокойный. Ты боялась, наверное, что я рожу в 16, а он меня и пальцем не тронул! Он говорил, что готов ждать, что у него в жизни есть смысл. Он хотел просить моей руки, понимал, что вы волнуетесь. Паша работал. Да, не учился в институте, как вам бы хотелось, но он планировал поступать на заочное — Ксюша говорила тихо, а по ее щекам текли слезы.
— Я собиралась ждать его из армии. Даже когда уехала учиться, я и тогда ждала его, надеялась, что он найдет меня. Верила, что есть объяснение его молчанию. Я бы приняла его любого… Но прошло 5 лет, а он не появился. Наверное, мне надо было писать еще. Но он не отвечал, а я злилась. А потом появился Костя. И все равно не было и дня, чтобы я не думала о Паше. Теперь я знаю почему…
— Где ты была? —спросила я, хотя ответ знала заранее.
— Хотела попросить прощение у любимого человека, — Ксюша судорожно всхлипнула. — Но он его больше нет. Почти сразу, как вернулся из армии, Паша попал в аварию… — Ксюша решительно шагнула к выходу, но я схватила ее за руку.
— Родная, прости меня! Ты не должна себя винить! — умоляла я.
— А ты, мама? — спросила Ксюша, обернувшись. — Ты будешь себя винить?..
Дочь теперь со мной не откровенничает, да и видимся нечасто. Может, когда-то она простит меня, но уже никогда не забудет…
Татьяна Петровна, г. Москва
Комментирование данной статьи отключено, но обратные ссылки открыты.